p menubutton1

Применение андрогенов у женщин в климактерическом периоде

В последние десятилетия отмечено увеличение средней продолжительности жизни женщин в развитых странах, что вызывает большой интерес к проблемам здоровья и качества жизни пациенток в климактерическом периоде. Клинические проявления, возникающие вследствие дефицита половых гормонов, ощущают большинство женщин данной возрастной группы, в связи с чем своевременное лечение климактерического синдрома является актуальной проблемой. Климактерические нарушения имеют вариабельную клиническую картину. В. П. Сметник (1996) выделяет три группы менопаузальных расстройств в зависимости от времени их возникновения:

  1. ранние менопаузальные расстройства: вегетососудистые (приливы, гипергидроз, головные боли, артериальная гипертензия) и психоэмоциональные (раздражительность, депрессия, нарушения сна, снижение либидо) нарушения;
  2. средневременные расстройства: атрофические изменения в нижнем урогенитальном тракте (вульвовагиниты, уретриты);
  3. поздние обменные нарушения: системный остеопороз и сердечно-сосудистые нарушения.

Заместительная гормонотерапия (ЗГТ) эстрогенами и комбинированными эстроген-гестагенными препаратами является широко распространенной в лечении климактерического синдрома. Однако, наряду с положительным, она может оказывать и отрицательное воздействие, в частности на систему гемостаза, молочные железы и эндометрий. Так, по данным NHS (Nurses Heathcare Study, 1985–2000) отмечается повышение риска развития инсульта на фоне применения комбинированных препаратов ЗГТ на 40% по сравнению с пациентками, не получавшими ЗГТ. Также по данным этого исследования был показан дозозависимый эффект конъюгированных эстрогенов, дозы которых в 0,625 и 1,25 мг достоверно повышали риск инсультов.

По данным А. Д. Макацария и В. О. Бицадзе (2003), в условиях атеросклеротического повреждения коронарных сосудов ЗГТ не оказывает кардиопротективного эффекта, повышает риск развития венозной тромбоэмболии в 3,5–4 раза, влияет на систему гемостаза аналогично комбинированным оральным контрацептивам (КОК), что с учетом возраста пациенток, принимающих ЗГТ, и наличия у них сопутствующих заболеваний делает риск развития тромбозов выше, чем у молодых пациенток, принимающих КОК.

Помимо абсолютных противопоказаний применения ЗГТ, имеется ряд достаточно широких относительных противопоказаний, таких как миома матки, эндометриоз, гиперпластические процессы женских репродуктивных органов, фиброзно-кистозная мастопатия и др., суживающих круг пациенток, которым может быть назначена ЗГТ эстрогенами и эстроген-гестагенными препаратами. Все это заставляет искать альтернативные подходы к выбору препаратов для терапии климактерического синдрома. Одним из таких подходов может быть андрогенотерапия.

Применение андрогенов с целью облегчения вазомоторных симптомов у женщин в постменопаузе впервые было описано Mocquot и Moricard в 1936 г. Наибольшее распространение в гинекологической практике андрогены получили в 40–60-е гг. 20 века, однако применяемые в то время препараты на основе метилтестостерона и тестостерона часто приводили к вирилизации, в связи с чем андрогенотерапия не получила широкого распространения несмотря на клиническую эффективность. Ученые из Североамериканского общества по менопаузе (NAMS, 2007) определили, что женщины в постменопаузе с сексуальными расстройствами, принимающие орально или парентерально тестостерон или эстрогензаместительную терапию, отмечали положительное влияние на сексуальную функцию, в частности на либидо, однако не было получено убедительных данных о том, что тестостерон положительно влияет на такие показатели, как плотность костной ткани, пропорции тела и другие менопаузальные симптомы. Появление новых фармакологических форм тестостерона вновь делает актуальным вопрос о применении андрогенов в качестве препаратов ЗГТ.

Цель работы, материалы и методы

С целью определения безопасности и эффективности применения тестостерона ундеканоата (Андриол) как препарата для монотерапии климактерических расстройств у женщин в пре- и постменопаузальном периоде, имеющих относительные противопоказания для эстроген-гестагенной ЗГТ, нами было обследовано 14 пациенток в возрасте от 42 до 56 лет. Длительность наблюдения составила 6 месяцев. Пациентки, участвующие в исследовании, не принимали препаратов, влияющих на углеводный и жировой обмен, и не применяли ЗГТ в течение последнего года. Из них в возрасте 40–45 лет — 2 пациентки, от 46 до 50 лет — 4, от 51 года до 55 лет — 5 больных и старше 56 лет — 3 пациентки. Характер сопутствующей гинекологической патологии представлен в табл. 1.

Таблица 1

Распределение больных в соответствии с характером экстрагенитальной патологии представлено в табл. 2.

Таблица 2

При изучении гинекологического анамнеза было выявлено, что нормальный характер менструаций сохранился у 4 пациенток, нерегулярные менструации — у 3, отсутствие менструаций было отмечено у 5 больных, еще 2 пациентки перенесли ранее гистерэктомию (одна — с билатеральной овариоэктомией) по поводу миомы матки. У больных с отсутствием менструаций длительность менопаузы варьировалась от 2 до 6 лет и в среднем составила 3,8 года. Показанием для назначения тестостерона ундеканоата явились следующие жалобы, представленные в табл. 3.

Таблица 3

Следует отметить, что у всех пациенток жалобы носили сочетанный характер. Оценка выраженности жалоб проводилась на основании модифицированного опросника Aging Male Simptoms по Heinemann, применяющегося для оценки дефицита тестостерона у мужчин, с оценочной шкалой, позволяющей клинически выявить наличие дефицита половых гормонов, и включающего оценку психологического статуса больного. Перед началом терапии все больные проходили лабораторно-инструментальное обследование, включающее УЗИ органов малого таза, щитовидной и молочных желез, цитологическое исследование мазков-отпечатков, коагулограмму и биохимическое исследование крови, включающее определение общего холестерина, триглицеридов, липопротеидов высокой и низкой плотности (ЛПВП, ЛПНП). У пациенток с длительностью постменопаузы свыше 2 лет также измерялась минеральная плотность костной ткани (МПКТ) бедренной и лучевой костей. Наличие метаболического синдрома (МС) оценивали по критериям Международной диабетической ассоциации, принятым в 2005 г, по которым МС понимают как наличие предиабета или диабета, абдоминальное ожирение, неблагоприятный липидный профиль и гипертензию. Критерием центрального ожирения рекомендовано считать окружность талии более 94 см у мужчин и 80 см у женщин. Повышение триглицеридов до 1,7 ммоль/л и 150 мг/дл, повышение кровяного давления по крайней мере до 130/85 мм рт. ст.; тощаковая гипергликемия (более 5,6 ммоль/л (100 мг/дл) или нарушение толерантности к глюкозе. Окружность талии свыше 80 см была у 7 пациенток.

Все пациентки получали тестостерона ундеканоат в дозировке 80 мг/сутки (по 40 мг 2 раза в день) в течение 6 месяцев в непрерывном режиме. Контрольное исследование жалоб, антропометрических показателей, коагулограммы, гормонального и биохимического статуса проводилось через 3 и 6 месяцев от начала лечения.

Результаты работы и их обсуждение

Через три месяца после начала лечения отмечалась положительная динамика жалоб. На ухудшение общего самочувствия жаловались 8 пациенток из 14, на суставные и мышечные боли — 7 из 12, повышенное потоотделение (внезапные «приливы» независимо от степени напряжения) — 6 из 12, различные нарушения сна — 5 из 11, раздражительность, нервозность — 8 из 12, физическое истощение и упадок жизненных сил (отсутствие интереса к жизни, сниженная самооценка, снижение работоспособности) — 9 из 14, снижение мышечной силы — 7 из 12, депрессию — 4 из 8, снижение либидо — 8 из 13 больных. Среди пациенток в пременопаузе с МС отсутствие клинического эффекта по всем вышеперечисленным параметрам было отмечено у 2 больных, у одной пациентки отмечалось ухудшение имевшихся симптомов.

Через 6 месяцев после начала лечения была отмечена дальнейшая положительная динамика жалоб. На ухудшение общего самочувствия жаловались 4 пациентки из 6, на суставные и мышечные боли — 3 из 5, повышенное потоотделение (внезапные «приливы» независимо от степени напряжения) — 4 из 6, различные нарушения сна — 4 из 6, раздражительность, нервозность — 3 из 4, физическое истощение и упадок жизненных сил (отсутствие интереса к жизни, сниженная самооценка, снижение работоспособности) — 3 из 5, снижение мышечной силы — 5 из 5, депрессию — 2 из 4, снижение либидо — 3 из 5 больных. Таким образом, полного исчезновения всех вышеперечисленных жалоб у обследованных больных отмечено не было, однако наблюдалась их выраженная положительная динамика. Также следует отметить, что побочного вирилизирующего действия Андриола (рост волос в андрогензависимых зонах, огрубение голоса, гипертрофия клитора и др.) не было отмечено ни у одной пациентки.

Анализ состояния антропометрических показателей через 3 месяца от начала терапии выявил повышение массы тела на 4 кг у 1 пациентки из 7 с нормальной массой тела (при этом окружность талии у нее уменьшилась на 3 см) и увеличение веса на 3 кг у 1 больной с МС. У остальных 12 пациенток масса тела осталась прежней, при этом окружность талии уменьшилась от 3 до 7 см у каждой второй больной.

Результаты лабораторных обследований представлены в табл. 4 и 5.

Таблица 4

 

Таблица 5

Из данных табл. 4 следует, что у 12 из 14 пациенток показатели системы гемостаза до начала терапии были в пределах нормы, у 1 — сдвиг в сторону гипо- и у 1 — в сторону гиперкоагуляции. Через 3 и 6 месяцев от начала лечения у пациенток с нормальными показателями гемостаза изменений в сторону гиперкоагуляции отмечено не было. У пациентки с гиперкоагуляцией через 3 месяца после начала приема Андриола отмечено, что показатели гемостаза по-прежнему изменены в сторону гиперкоагуляции, однако дальнейшей динамики в сторону гиперкоагуляции не было и через 6 месяцев. У пациентки с гипокоагуляцией показатели системы гемостаза пришли в норму через 3 месяца и оставались без динамики к 6 месяцам от начала терапии. Из данных табл. 5 видно, что прием низких доз андрогенов не привел к гиперхолестеринемии и гипертриглицеридемии, а также к снижению ЛПВП.

Заключение

Секреция всех половых гормонов (эстрогенов, прогестерона и тестостерона) яичниками в периоде пре- и постменопаузы значительно снижается [8]. Кроме того, увеличение с возрастом концентрации глобулина, связывающего половые гормоны, еще более снижает биологически активную фракцию этих гормонов [7]. Часто используемое различие половых гормонов на мужские и женские носит условный характер, т. к. эстрогены и тестостерон вырабатываются как у мужчин, так и у женщин, но в разных количествах, а прогестерон является прогормоном для синтеза тестостерона у мужчин. Следовательно, половые гормоны обоих полов имеют скорее количественное, а не качественное различие. Мы считаем, что возрастной дефицит андрогенов у женщин, клинически проявляемый как снижение вплоть до полного отсутствия полового влечения, абдоминальным ожирением, уменьшением мышечной массы и силы, можно рассматривать как состояние «женской андропаузы» и это требует соответствующей коррекции [4, 6]. Таким образом, тестостерона ундеканоат (Андриол) эффективен и безопасен в качестве препарата для монотерапии климактерического синдрома в течение 6 месяцев у пациенток с нормальным индексом массы тела. Более длительное применение Андриола с точки зрения безопасности и эффективности его назначения пациенткам, особенно с избыточной массой тела, нуждается в дальнейшем изучении.

По вопросам литературы обращайтесь в редакцию.